Статьи:  Юбилей живописца. Елена Павловская
Прочитано раз |
Оценить
(7 голоса)

ЮБИЛЕЙ ЖИВОПИСЦА


Елена Павловская

ЖИЗНЬ КАК ДАР



Елена Павловская



Восприятие жизни — это не что иное, как степень погруженности в каждую, из многообразия даруемых свыше, возможностей. Можно смотреть, но не видеть, слушать и не слышать. А можно, словно камертон, чутко улавливать натяжение жизненных струн, в равной мере чувствуя и гармонию, и фальшь. Тогда жизнь воспринимается не как череда, словно нанизанных и похожих друг на друга дней, а как дар. Дар, в принятии которого и счастье обладания, и горечь потерь, и ненасытная жажда творческого труда, рождающего душевную гармонию. Именно так ощущает себя в мире художник Елена Павловская.


Изысканность работы с цветовым пятном, глубокая разработка палитры в пределах одной работы, создание сложноорганизованной, с точки зрения конструкции, композиции — это черты, характерные для Московской школы живописи, уходящей своими корнями в творчество художников «Бубнового валета», русского импрессионизма и колористического реализма. Е. Павловская, в свою очередь, является представителем этого направления, переосмысливая то, чему научилась, и наполняя свои камерные живописные истории о жизни очарованием индивидуального почерка, приобретенного за годы неустанной работы.


Человек и его непосредственная включенность в проживание этого мира — отдельная тема в творчестве Лены. Период ее становления как живописца попал на сложные 90-е — время сломов, растерянности, торжества агрессии и разрушения. Это безвременье лишило искусство Героя. А ведь это так важно — о ком твоя песнь. Но удивительная любовь к жизни, редкая способность видеть ее светлые стороны, ощущать радость бытия, позволили Е. Павловской найти своего героя. Им стал человек, простой, обычный и непримечательный в своей бытовой повседневности. На первый взгляд он незаметен в работах художницы. Но без людей, без этой пестрой толпы картина мертвеет. И, несмотря на то, что основная тема творчества Лены — это городской пейзаж, а, соответственно, центром композиционного пространства, как правило, является архитектура, вдруг, в какой-то момент понимаешь, что главное-то здесь — человек. Людей у нее всегда много. Мы не видим лиц, но и не воспринимаем их как безликую толпу. Они персонифицированы цветом, всегда радостным, обособляющим их, и в то же время, гармонично вписывающим в ту духовно светлую колористическую среду, которая царит в работах художницы.


Радость — это то, чего так хочется Елене Павловской в творчестве. Эта «художественная радость» никак не сопряжена с сюжетом. Она — в насыщенности палитры, в передаче восприятия душевного состояния самого городского пейзажа. Лена ощущает город как живой организм, со своим настроением, внутренним ритмом. Такова ее Москва: Таганка, Масловка, Абельмановская застава, Москва-сити, строящийся стадион «Спартак» — разные характеры большого города, где цвет рождает настроение, а человек вдыхает в этот город жизнь.


Можно ли применить к живописи Е. Павловской термин «реализм»? И да, и нет. Безусловная ценность создаваемых ею городских пейзажей в их документальности. Ведь время уходит, а вместе с ним, порой видоизменяясь до неузнаваемости, уходит и пространство. Однако прелесть её работ не в бытописании, а в настроенческом ключе каждой из них. Этими настроениями художника рождена серия «картин-сказаний» о русской провинции: Рыбинск, Серпухов, Торжок, Коломна, Сергиев-Посад, Борисоглебск, Касимов… Именно с провинцией, своеобразной «точкой отсчета» в творчестве, связано у Е. Павловской острое переживание родины. Провинция, как предчувствие, случилась в ее судьбе во время поездки по русскому Северу, ещё в середине восьмидесятых. С тех пор это «нестоличное» пространство приобрело для художницы понятие Сакрального. И вновь — радость бытия, твердая внутренняя убежденность в том, что всё живое и полноценное стремится к позитивному. Отсюда в картинах — рынки, базары, местные праздники — как символ осознания полноты внутренней жизни человека, далекого от столичной суеты. И это несмотря на то, что провинция разрушается, как ядро национальной культуры. Но оказалось, что притягивающая зачастую художников, прелесть «разрушающейся красоты», о которой в свое время говорил великий Роден, оказалась чужда Лене.


Настроение провинциальной тишины и неспешности в картинах Е. Павловской создается огромным пространством неба, особым состоянием воздуха и света, переданным сложным красочным наполнением многочисленных цветовых пластов. Столь тонкая нюансировка достижима лишь при постоянной работе с натуры. И здесь Е. Павловская абсолютно в своей стихии. Ее живописный этюд — это не просто натурная зарисовка. В его основе всегда художественное переосмысление жизненных впечатлений. И каждый этюд, независимо от того, станет он впоследствии основой более масштабной работы или останется в своем первозданном виде, обладает абсолютной выстроенностью внутренней живописной пластики и колорита.


Каждый город словно являл Лене свое откровение. Одно из самых впечатляющих – ярмарки на Вологодчине. Так родился оригинальный, абсолютно авторский композиционно, натюрморт. «Конь-огонь. Ярмарка в Тимонихе», «Осенняя ярмарка», «Осень», «Эх, ярмарка!» — работы, основанные на принципе так называемого «собирательного натюрморта». Здесь всё: лоскутные одеяла, игрушки, плоды урожая. И, конечно, цвет — яркий, интенсивный, плещущий через край. Это квинтэссенция душевной радости человека, поглощенного каждодневным трудом, живущего в череде будней, в жизнь которого так редко врывается истинный праздник. Ярмарки Елены Павловской — это особые состояния, плещущий красками живописный образ духовной мощи русского народа.


Теми же настроениями счастья, оптимизма и света проникнуты и другие натюрморты художницы. И «Чай у расписной печки», и «Щедрый сентябрь», и «Яблочный спас», и многие другие образы провинциальной и деревенской жизни дышат умиротворенным покоем, пронизанные тихим светом несуетной жизни. Мастерское владение композицией, умение сочетать ощущение полноты формы с чувством линии, как организующего начала, дает возможность Е. Павловской реализовывать любой художественный замысел.


Глубину восприятия формы, ощущение объема в пространстве привила Лене с детства сестра ее бабушки, известный скульптор Рина Григорьевна Бадова — ученица знаменитого Александра Терентьевича Матвеева. Маленькой девочкой попала Лена в мастерскую к Рине Григорьевне, и это явилось для нее первой школой профессионального мастерства. Несмотря на то, что Е. Павловская впоследствии стала живописцем, интуитивное ощущение формы осталось как «наследство скульптурного воспитания». Мало кто знает, что эта женщина, полностью погруженная в творчество и преподавательскую деятельность, так любит бродить по пространствам, заполненным произведениями пластики, и подолгу говорить о сочетаниях объемов в работах скульпторов, восхищаясь их мастерством.


Форма делает в работах Е. Павловской, практически, всё. Она держит пространство, с ее помощью выстраивается композиция. Игра форм создает необходимые настроенческие контрасты. Когда найдены формы, в игру вступает цвет, во всем своем богатстве и великолепии. Это содружество формы и цвета, принцип, вырабатываемый художницей годами, десятилетиями неустанной работы с натуры, и делает стиль Елены Павловской столь ярким и индивидуальным.


Спектр ее художественного «интереса к месту» необозримо широк. Она ездит не только по всей России, но и по всему миру, и везде с нею её мольберт. Париж, Рим, Тунис, Афины, Черногория, остров Родос — творческая география огромна. Лена впервые соприкоснулась с неведомым для себя мировосприятием в Индии. Скудость быта индийской провинции растворялась при взгляде на просветленные улыбающиеся лица живущих там людей. Страна, залитая светом, небесным и внутренним. Местный храм, базар, жилой квартал — во всем покой и свет каждодневного бытия. Эта глубинная философия жизни, уходящая корнями в национальную религию и представления о колесе Сансары, каким-то непостижимым образом запечатлелись на холстах Е. Павловской. Фактурная многослойность, композиционная гармония — те приемы, с помощью которых в ее картинах достигается ощущение состояния покоя, незыблемости духовного существования этого удивительного, ни на кого не похожего народа. Такое внутреннее откровение Лена приняла как дар.


Она тонко улавливает нюансы света, окрашивающего в разное время суток, по-разному, окрестности. Эти «игры» со свето-цветовыми пятнами насыщают живопись художницы глубинными сложными сочетаниями, словно раскрывая перед зрителями богатство душевного строя человека, ищущего совершенства не в земном, а в духовном. Еле уловимая цветовая перекличка — еще один прием, дающий возможность ощутить гармонию целого. И каждый раз Елена Павловская не устает говорить спасибо тем высшим силам, благодаря которым она может воспринимать эту жизнь как Дар.


Ирина Седова, искусствовед,
научный сотрудник Государственной Третьяковской галереи


Статья из каталога Елены Павловской


Templates Joomla 1.5